?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Share Next Entry
Про Дождь и общенациональные ценности
patriotka
Хорошая статья о том, почему общество так массово и эмоционально отреагировало на позорный опрос Дождя.

Дождь1

Автор Петр Власов

Ещё повоюем

Моя френдлента на «Фейсбуке» идеально представляет срез сегодняшних политических настроений россиян. Пять процентов — отъявленные либералы, еще пять — неисправимые государственники-патриоты. Остальные — те, кого считают «обычными людьми» без ярко выраженных политических пристрастий. Реакция либералов и патриотов на скандал с «Дождем» вышла предсказуемой. Удивило то, что написали об опросе «Стоило ли сдать Ленинград?» домохозяйки и пиар-менеджеры.

Бывшая сокурсница по журфаку Светлана, издатель какой-то женской гламури, последние пару лет исправно размещавшая в «Фейсбуке» исключительно «луки» в разного рода эффектных нарядах и советы по ведению домашнего хозяйства, выкатила здоровенный пост о журналистской этике. Ее мнение про опрос «Дождя», даже если не принимать во внимание обсценную лексику, было максимально эмоционально: «Я бешусь, честно бешусь». Рассудительная обычно светская дама жестко ставила журналистов на место: есть разряд вопросов, которые могут задавать лишь идиоты или подлецы, допустившие такое вообще не должны «быть в профессии». С гламурной Светой так или иначе искренне солидаризировалось человек двадцать точно таких же абсолютно далеких от государственнических идей представителей «креативного класса»: не забудем, не сдадим.


Кстати, как раз в то самое время, когда главред «Дождя» Миша Зыгарь, которого я очень уважал в период его работы в газете «Коммерсант», жаловался в интернете на «развязанную кампанию» и «политический заказ», очевидно причисляя сокурсницу Свету к «кремлевским ботам».

Еще одна деталь, меня заинтриговавшая, — скандал вызвал в «Фейсбуке» массовый всплеск того, что я бы назвал «исторической памятью». Знакомые и знакомые знакомых писали о том, кто и где из их семей погиб, воевал, не дожил или же, напротив, спасся в той самой войне. Люди внезапно осознали себя не просто Петей, Сашей и Машей, что живут в некоем городе, ходят по рабочим дням в офис и ездят раз в год в отпуск, а кем-то, существующим в историческом потоке, в системе сложных, живых взаимосвязей, соединяющих каждого из нас с прошлым и будущим.

Объяснение подобному всплеску, его эмоциональности, массовости и исторической глубине нашлось у меня только одно: эпатаж журналистов, сознательный или случайный, угодил точно в «десятку».

Попал в то, о чем сегодня ведут много разговоров, хотя эти разговоры обычно ни к чему не ведут. Речь о ценностях. О чем-то крайне чувствительном на уровне рефлекса — без дополнительной мотивации и объяснений — для большинства граждан страны вне зависимости от возраста, пола и уровня образования (хотя, конечно, не обязательно для всех). Как раз о том, что и объединяет всех нас в уникальную, не похожую на другие нацию.

Общенациональные ценности — не набор умозрительно придуманных кем-то моральных установок. Это всегда коллективный исторический опыт, пережитый и прочувствованный определенным образом.

Последняя война стала для России опытом массового, сознательного отказа миллионов людей от ценности собственной жизни (блокадный Ленинград — самый мощный символ этого массового самопожертвования) ради чего-то гораздо более важного, что, правда, крайне сложно определить словами в силу его иррациональности. Наверное, это было что-то вроде предчувствия будущей жизни, которая, конечно же, непременно настанет, и ей будут жить другие, замечательные и хорошие люди.

Европейские страны, сдававшиеся по очереди нацистам, напротив, разделяли ту самую философию «здесь и сейчас», исходя из которой формулировал свой вопрос «Дождь»: ценность индивидуальных человеческих жизней слишком высока, потому оказывать сопротивление нерационально. Если сдаться, шансов выжить больше. Однако гуманизм такого рода, напротив, превратился в фактическое подчинение смерти. При молчаливом согласии окружающих на смерть уводили тысячи и тысячи людей, которые добровольно шли навстречу гибели (феномен европейских евреев, описанный венгерским евреем Тиводом Соросом, отцом финансиста Джорджа Сороса). Сомнительно, что те же поляки выжили бы как нация, продлись фашистская оккупация 20–30 лет.

Те, кто эмоционально отреагировал на эпатаж «Дождя», кому вдруг стало больно, на подсознательном уровне хорошо понимают: наши жизни вырастают из тех самых блокадных смертей. Опрос ставит под сомнение не только то, что случилось 70 лет назад, но и их собственное сегодняшнее существование.

Думаю, массовый опыт преодоления в последнюю войну личного страха перед смертью, ставший повседневностью героизм был главной причиной, благодаря которой СССР в итоге смог победить.

Преимущество в численности населения не играет никакой роли, если люди не готовы умирать. Общее население Советского Союза (порядка 190 млн человек) было сопоставимо с населением оккупированных Гитлером стран (130 млн человек). Довоенное население союзников, Франции и Польши, превышало население Германии и оккупированной ею Австрии на 5 млн человек. Но захват Франции обошелся Гитлеру всего в 27 тыс. погибших солдат.

В январе 1941 года генерал Гальдер, командующий сухопутными войсками Германии, беззаботно писал в своем дневнике о французах: «Население оккупированных областей настроено миролюбиво. В неоккупированной зоне некоторые мечтают о переменах. В колониях имеются элементы, стремящиеся к сопротивлению». Известный британский историк Эрик Хобсбаум недвусмысленно пишет, что одержимость национал-социализма, помноженную на немецкую индустриальную мощь и эффективность, мог остановить только СССР— в силу готовности своих граждан жертвовать личным ради общего.

Интересно, что любые настоящие ценности нации имеют общечеловеческое значение. Как журналисту-международнику мне довелось довольно много времени провести в Великобритании, общаться с представителями местной интеллектуальной элиты. И вот странность: в этой довольно «русофобской» стране победа СССР над Германией — едва ли не единственное место в нашей истории, которое вызывает у англичан почти безоговорочную солидарность с нами. Более того, у многих есть то самое понимание: победить Гитлера удалось исключительно через массовое самопожертвование, любые попытки вести «обычную войну», скорее всего, привели бы к поражению.

Именно за то, что только мы и смогли такое сделать, нас сегодня на Западе уважают — и в хорошем смысле слова боятся. Это уважение, проистекающее из событий 70-летней давности, имеет в английском языке хорошее название — legacy. Нечто случившееся в прошлом, из чего выросло настоящее.

Россия наших дней — во многом результат вот этой непонятной, почти неуловимой «легаси», созданной в результате миллионов героических смертей во Второй мировой войне.

Так что сегодняшние разговоры о поиске общенациональных ценностей — далеко не только искусственная дискуссия, инициированная депутатами-бездельниками.

У многих есть подспудное ощущение: необходимо найти нечто, вокруг чего сегодня в России смогли бы объединиться, добровольно и искренне, миллионы людей, чтобы «навалиться» и «сделать все так, как надо». Постоянно выявляемая опросами ностальгия по СССР, которой, как ни странно, проникаются уже те, кто в сознательном возрасте Союза даже не застал, — во многом тоска вовсе не по «сильной руке», а по таким вот иррациональным императивам, которые близки большей части населения и дают ощущение национальной общности.

Главная проблема России сейчас, как мне это видится, — вовсе не «нефтяная игла» и даже не коррупция, а разобщенность, раздробленность общественного пространства.

Наглядной иллюстрацией этой атомизации являются пейзажи нашего Подмосковья — заборы в три-четыре метра высотой и кучи мусора вдоль дорог. Каждый сидит на своем обжитом, ухоженном куске земли, и общественного, единого пространства не существует вовсе.

Но опыт последних сытых лет показывает: сложно быть счастливым, даже если у тебя лично все хорошо. Без общей воли, без совместных действий не слезть с «нефтяной иглы» и не победить коррупцию. Ценности важны как раз для того, чтобы объединяться. Это то общее, что есть в нас, в тебе, в миллионах других.

Теперь мне есть о чем поговорить с гламурной однокурсницей Светой. Другое дело — ценности нельзя взять и спустить сверху. В этом смысле скандал с «Дождем» скорее пошел во благо. Если больно — значит, живое, значит, настоящее. Источник



  • 1
Как же вы надоели своими победизмом.
Уймитесь уже ... Никто не хотел брать Ленинград.

Ага. И уничтожать его до основания тоже никто не хотел. Совсем. Даже упоминаний в истории не осталось.
Учите матчасть.

...и никто не переходил границу СССР 22.06.1941, никто не стоял в 30 км от Москвы, никто не сдавался в Сталинградском котле и не горел на Курской дуге, то была всего лишь попытка евроинтеграции )))

7 сентября 1941 г. немцы взяли Синявинские высоты. 8 сентября овладели Шлиссельбургом и замкнули Ленинград в полукольцо, с юга отрезав от Большой земли. Но форсировать Неву и двигаться дальше к Финляндии не стали. Уже 5 сентября, через 2.5 месяца после начала войны, генерал-полковник Гальдер, глава Генштаба и автор плана «Барбаросса» подводит черту под стратегическими задачами Вермахта на данном направлении: «Наша цель достигнута». Назавтра, 6 сентября, Гитлер выпускает Директиву № 35. Ее смысл прост: если Ленинград будет взят, немцам придется кормить население и нести за него ответственность. Поэтому Ленинград НЕ БРАТЬ! По предвоенным данным, численность жителей, включая пригороды, превышала 3 млн человек. Не иголка, чтобы спрятать в стогу военной неразберихи. В последующие 2-3 недели военная бюрократия Рейха активно обменивается соображениями о том, как быть с осажденным городом.

21 сентября Департамент внутренней безопасности Главного командования вермахта (обратите внимание – вопрос рассматривается уже службой тыла) предлагает фюреру несколько вариантов действий. Один из них: обнести город проволокой под напряжением с охраной из автоматчиков; выпустить женщин, стариков и детей; мужчин оставить и изолировать. Дабы обезопасить тыл от эксцессов. Впрочем, замечают авторы доклада, вариант не слишком хорош, потому что среди голодающих (славян?) возникнут эпидемии, которые могут перекинуться на охраняющих (арийцев?). Поэтому есть смысл рассмотреть альтернативный подход — подавить очаги сопротивления и уйти, оставив город финнам. Пусть, что хотят, то и делают. Ответственность с Германии снимается.

От такого заманчивого предложения, однако, финское руководство вежливо уклонилось: мол, наши прежние территории (с некоторой компенсационной прибавкой) вплоть до Невы возьмем с удовольствием, а вот от Ленинграда увольте. Хорошо бы его куда-нибудь того… Переместить. Еще раз обратите внимание — в сентябре 1941г. они обсуждают ленинградскую проблему исключительно с организационной, хозяйственной и политической точек зрения. Военными аспектами фюрера уже не грузят: боевая задача выполнена, оставшееся — дело техники. Если Финляндия согласится забрать город — ради бога. К сожалению, она тянет резину и явно предпочитает, чтобы немцы сами проделали самую грязную часть работы. Нехорошо.

Отсюда третий возможный способ действий: объявить, что, «поскольку Ленинград оборонялся подобно вооруженной крепости, его население следует рассматривать как военную цель, город герметически изолировать и обратить в пыль артиллерийскими обстрелами и бомбежкой». Ну, а потом развалины скинуть хоть тем же финнам. Вариант тоже неважнец, Германия опять получается крайней…

Бедные фашисты, вот над какими гуманитарными проблемами они ломали свои арийские головушки осенью 1941г. 12 октября командование вермахта, опираясь на опыт боев в Киеве, выпускает общий приказ, прямо запрещающий германским частям входить в городские кварталы Ленинграда (а заодно уж и Москвы). Велено долбить на расстоянии, вдумчиво и без суеты.

Итак, еще раз: осенью 1941г. фашисты на основе директивы № 35 и докладной записки от 21 сентября нащупали устраивающее их решение. Ленинград НЕ БРАТЬ. Балтфлот (вполовину уменьшившийся за время бегства из Таллина) изолировать; блокаду держать жестко, но экономно. Обстреливать регулярно, но без фанатизма. Активные операции перенести на группы «Юг» и «Центр». Туда же отправить большую часть артиллерии и авиации. Горожане тем временем пусть голодают, мерзнут, умирают и вообще чувствуют себя как дома — им после революции и коллективизации не привыкать. Превращать город в пыль не стоит труда. Достаточно разбомбить Бадаевские склады с провиантом. А уж как там т. Сталин дальше будет разбираться со своим населением — его дело. Над немцами не каплет.


Изучайте, блядь, первоисточники прежде чем начать вой: Germany and the Second World War. Оксфорд. В частности, том 4 касается войны с СССР.

Germany and the Second World War. Оксфорд. - первоисточник.
Спасибо, посмеялся.

Ну смейтесь чо ...
Не на Рейхсканцелярию же ссылку давать. Это издание всех документов Рейха.
Еще Старикова вспомните. А между тем задайте себе вопрос, почему документы Рейха до сих пор не переведены на русский язык и почему отечественные документы той поры до сих пор секретны?
Хотя мозг поцреота не способен задавать вопросы :-))).

Ну, конечно, ведь это самый правдивый источник.


Откуда вас столько предателей повылазило?

Повторяю вопрос, почему не переведены на русский язык и не изданы документы Рейха?
Может быть потому, что картина войны будет сильно отличаться от пропагандисткой?

Я не понимаю, чему вы радуетесь. Да, город решили не брать, т.к. издержки были слишком высоки. Никто этого не скрывает. Решили просто обстреливать и морить голодом. Но разве это не геноцид? Разве это хоть в какой-то степени одобряет действия фашистов? Это ещё более усугубляет их вину, т.к. сознательно, целенаправленно и мучительно уничтожали людей!

> Да, город решили не брать, т.к. издержки были слишком высоки. Никто этого не скрывает.

А к чему тогда истерика из-за невинного опроса?

Опрос вполне себе грязный и клеветнический.
Называется "реабилитация фашизма и очернение руководителей советской армии и государства".

Ибо армии на войне сами по себе не ходят. Только по приказам командования. Это был абсолютно конкретные люди: командующий армиями, фронтом, Ставкой.
И получается, что якобы они виноваты, что не сдали город и люди гибли от голода. Ведь вопрос поставлен - что если бы сдали, то жители бы спаслись. Это вранье.

Белоруссию и Украину сдали, они были под фашистской оккупацией. Много там народу спаслось и осталось в живых?

CNN в конце января опубликовал на своем сайте список самых уродливых памятников мира, включив в десятку монумент «Мужество», установленный на территории архитектурного ансамбля «Брестская крепость-герой». В комментарии к фотографии монумента авторы рейтинга написали, что сооружение выглядит как белорус, который либо очень зол, либо имеет проблемы с кишечником.
Это события одного ряда.
http://nn.by/?c=ar&i=122032&lang=ru

Написано хорошо, но...
"Думаю, массовый опыт преодоления в последнюю войну личного страха перед смертью, ставший повседневностью героизм был главной причиной, благодаря которой СССР в итоге смог победить."
Мне кажется, что это с русскими случилось не во время Второй мировой войны. Это была всегда отличительная черта русской нации. Поэтому Россия и существует до сих пор.
Очень хорошо об этом пишет Нестеров в книге "Связь времен". И именно об этом пишет.

Куда девается эта "отличительная черта русской нации", когда в дело вступают граждане республик Северного Кавказа? :-)))

Заткись, выродок.
(Прошу прощения у автора журнала, но я заглянула в ЖЖ этого пользователя, и у меня нет других слов для него)

Не, ну в самом деле ... Почему? Если русские такие герои, то почему терпят бесчинства кучки кавказских бандитов?
Напомню. Русских по данным переписи примерно 90 млн. а чеченцев, например, что-то около 1,2 млн. :-))).
Может быть победа была достигнута не благодаря героизму, а чему-то другому? :-)))

Потому что они свои.

То есть, достаточно назваться своим и с русскими можно делать все, что угодно?

Назваться своим недостаточно. Надо стать своим.
Но Вы не сможете.

Да-да, но мы уже выяснили, что свои для вас те, кто убивали русских в Чечне :-))).

Победа достигнута благодаря тому, что таких как ты стреляли сразу и без вопросов, так как предателей не судят.

В ход пошли стандартные зацепы служащие только одной цели, заставить кого-то ненавидеть и усилить межнациональную рознь. У вас ничего не меняется. Не получилось обосновать и доказать свою позицию логикой, как тут же переключаетесь на другой зацеп. Вы становитель просто смешны!

Обосновывать и доказывать очевиднейшие вещи сложно. Особенно анонимам.

> заставить кого-то ненавидеть и усилить межнациональную рознь.

Да кто же вас заставляет то? Ну вырезали в Чечне 200 тыс. русских, да и хуй бы с ними. Никто неуиноваты.

не дай Бог вам стать таким же посмешищем с ножичком в сердечке, как десятки русских людей в Москве, Питере, Ставрополье, Ростове и т.д.

Единства действительно нам не хватает(( Каждый за свою шкуру. Но было ли когда-то иначе?

Есть немало участников ВОВ, которые сами говорят, что ОБЪЕКТИВНО оценить героичность воевавшего советского народа В ЦЕЛОМ, все-таки очень сложно (некоторые говорят, что вообще нельзя). Если бы не заградотряды, то всё могло бы сложиться несколько иначе.

А заградотряды - БЫЛИ. У меня нет оснований не доверять тем источникам, от которых я об этом слышал - бабка на фронте корреспондентом была в 1943-1945 гг, в армейской и в дивизионной газетах, дошла до Данцига (там для них война закончилась).

Это, само собой, не умаляет личный подвиг тех многих, (!) кто действительно осознанно был готов умереть за общее дело.

Edited at 2014-02-07 04:50 am (UTC)

Спасибо,автору. Замечательная статья.А вам двум пидоркам, которые здесь негативные комменты строчат мы забьем кол в одно место.Твари гнусные и ничтожные, трепещите суки рано или поздно это с вами обязательно случится.

Вы написали: "Последняя война стала для России опытом массового, сознательного отказа миллионов людей от ценности собственной жизни (блокадный Ленинград — самый мощный символ этого массового самопожертвования) ради чего-то гораздо более важного, что, правда, крайне сложно определить словами в силу его иррациональности".

Какого такого иррационального? которое сложно определить словами?

Александр Твардовский в поэме "Василий Теркин" очень даже ясно словами определил - ради чего:
"Бой идет святой и правый,
смертный бой не ради славы -
ради жизни на земле".

Вы эту поэму разве в школе не учили?

  • 1